Hysteria.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hysteria. » Архив игровых тем » Каникулы в Мидгарде


Каникулы в Мидгарде

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Название отыгрыша: Каникулы в Мидгарде
Действующие лица: Rose Weasley, Edward Harry Talbot, Dune F. Kolbrandr
Предыстория: 
Последний учебный день. Студенты собирают вещи в последние часы перед отправлением к станции, этажи школы почти пусты... Как считают, Ро и Эд, самое удачное время, что бы провести его вместе незаметно для других. Но..
Место действия: Хогвартс
Время действия: июнь 2021

Отредактировано Edward Harry Talbot (Вс, 17 Июн 2012 23:29)

0

2

Я думаю, что многим знакомо это неприятное чувство пустоты и, наверное, даже безысходности. Возможно, даже без особой причины. Это может быть день рождения, важный экзамен, Новый год или просто случайная дата. Это странное ощущение... Волнения? Возможно. Тревоги? Вполне вероятно. Того, что твоя жизнь вот-вот изменится и уже никогда не станет прежней? Совершенно точно.
Роуз прищурилась, до боли в глазах вглядываясь в сверкающие на солнце окна старого замка. Снова и снова. Уизли и сама не знала, что или кого она так отчаянно пыталась там разглядеть. Сейчас было лишь 3 вещи, в которых она была уверенна наверняка.
Первое - она стояла в такой позе последние минут десять, о чем говорили уже не только наручные часы, от которых, правда, толку было не больше, чем от не летающей метлы, ибо они постоянно опаздывали, но и ноющие мышцы. Ну, и пятна перед глазами. Негоже так долго смотреть на солнце.
Второе - сегодня был последний день, который Ро предстояло провести на территории замка. И он уже подходил к концу. Чемоданы собраны, все волшебные карточки упакованы и спрятаны в присланный бабушкой на новый год вязаный шарфик, волшебная палочка.. Ну, она тоже должна быть где-то поблизости. Совсем скоро начнется посадка на поезд, и особо пунктуальные студенты, а таких большинство, уже направились на платформу. Единственное, что не было уложено и приготовлено к отъезду, именовалось Локи, было рыжим, ободранным, и постоянно куда-то убегало. Оно же в данной ситуации было третьей вещью, в которой Роуз, увы, не сомневалась.
Кот, несомненно, опять куда-то сбежал. За 6 лет бок о бок с Уизли этот монстр так и не выучил единственное существующее для него правило - не убегать никуда перед отъездом из Хогвартса. Возможно, он каждый раз надеялся, что хозяйка про него забудет, что он сможет жить на воле и бесконечно радоваться жизни. Увы, еще ни разу ему так не повезло, ибо его каждый раз находили. А жаль.
Или он сам приходил. От того ли, что повздорил с местными кентаврами, или не приглянулся какому-нибудь единорогу - неизвестно.
Так или иначе, первое время Роуз ужасно за него волновалась. Даже однажды ночью умчалась за ним в лес. Кота она там в итоге так и не нашла, да и сама умудрилась потеряться. Ей очень повезло, что ее весьма своевременно тогда нашел старшекурсник. Удивительно то, почему он тогда девочку там же и не бросил. Всю в снегу, с ветками в волосах, с не сгибающимися пальцами и абсолютно безумными глазами. Роуз никак не могла вспомнить, что она тогда говорила, и говорила ли она вообще. Вот только все зимние каникулы дома она проболела. С жаром, с хрипами, в бреду - все как положено. Может, все дело как раз в лихорадке, но девочке постоянно снилась та ночь в лесу. И тот старшекурсник. Что весьма странно, потому что Роуз и имени-то его на тот момент не знала. И в школе его в том году ни разу больше не видела. Как и в следующем. А потом Уизли о нем благополучно забыла. И не вспоминала до самого пятого курса, где в первый же день увидела его за столом преподавателей. Надо заметить, что за все шестнадцать лет Розу ничто так не удивляло. И, если честно, то что-то подсказывает мне, что уже не удивит. Она тогда даже тыквенным соком подавилась, точно. И мне, наверное, никогда не понять, что именно в тот раз так удивило старшую Уизли. В любом случае, после минут сорока крайне напряженного размышления Ро пришла к выводу, что этот учитель ее все равно не узнает, да и не вспомнит, наверняка. Ни о ней, ни о том случае в лесу. А Роуз решила, что и напоминать учителю об этом не будет. Ну да, он же всего лишь спас ее от не самой приятной смерти от холода, челюстей огромного паука или еще какой-нибудь твари. Ерунда, такие вещи мало кто запоминает.
Роз прикрыла лицо руками, потирая виски холодными пальцами. Слишком холодными для такой погоды, как, впрочем, и всегда. На свете существуют всего две вещи, которые Уизли так отчаянно ненавидит. Это овсяная каша и предаваться воспоминаниям. И совершенно неважно, добавили ли в кашу клубнику, или о чем Роуз вспоминает. Потому что каша останется такой же противной, а настроение от мыслей о давно ушедшем тоже лучше не станет. В этом и состоит сходство между прошлым и тарелкой каши - и то, и другое всегда остается мерзким, и тут уже никакая клубника не поможет.
Юная Уизли в очередной раз пожалела, что где-то в глубинах школьного лабиринта потеряла очередные свои солнечные очки. Возможно, их стащили пикси, или маленькие гномы, или кто-то из студентов, с кем Роуз не очень ладила. Девушка же продолжала верить, что это целиком и полностью ее вина. Снова. Я думаю, что любой бы на месте несчастной Ро пожалел бы об этом, а особенно сейчас, с учетом того, с какой маниакальной настойчивостью солнце буквально до тла изжаривает земную поверхность. Неудивительно, что хитрый Локи столь коварно удрал в лесную чащу. Опять. Самое интересное, что девушка вот уже ни капельки за своего питомца не переживала. И не переживала она ровно с того момента, как кот принес ей в кровать акромантула. Маленького, правда. И мертвого. Визга было, конечно, для паука таких размеров многовато. Но не в этом суть. Не думаю, что кому-нибудь было бы приятно проснуться лицом к челюстям с мохнатым пучеглазым далеко не только насекомоядным.
Роуз в очередной раз окинула тоскующим взглядом лесную опушку. Как бы обвиняюще это ни звучало, но девушке было категорически лень сходить с последних ступенек старого моста и спускаться к лесу. Благо, сейчас не нужно было на коленях проползать мимо хижины весьма бдительного лесника, ибо тот сейчас следил за малышами с первых курсов, или тщательно обходить самые темные участки Запретного леса, ибо сейчас был день, и солнца было достаточно даже в самой густой чаще. Надо признаться, что Роуз до смерти боится Запретного леса. Боится туда ходить, боится даже думать о том, что боится туда ходить. Это место всегда представлялось ей жутким, страшным, опасным. Нет, Уизли, конечно, не прочь иной раз рискнуть своей, или же, даже чаще, чужой шкурой, но даже она считает себя не настолько сумасшедшей, чтобы без особой необходимости лишний раз сюда приходить. И даже с особой необходимостью. У Ро каждый раз волосы на голове дыбом встают, когда кто-то из сокурсников начинает хвастаться своими ночными вылазками. Сама же Уизли была здесь всего несколько раз, и каждый такой раз с ней случалось что-то ну очень нехорошее. Видимо, это судьба. А, значит, и этот раз отнюдь не должен становиться исключением из общего правила.
У Роуз с детства было несколько ну очень вредных привычек: накручивать волосы на палец во время разговора, постоянно оставлять что-нибудь очень важное на самом видном месте и при этом терять это, и не смотреть под ноги. Последнее, конечно, с натяжкой можно назвать привычкой. Единственное, что связывает эти три совершенно несвязанных действия - возможные и крайне неприятные последствия. В первом случае можно случайно порезаться, во втором - безвозвратно потерять что-нибудь действительно крайне необходимое, а в третьем - серьезно покалечиться. И последнее, честно признаюсь, действительно печально.
Юная Уизли никогда не отличалась особым внимание к деталям. Она не помнила, на какой руке она носит часы, сколько пуговиц на любимой рубашке Эда, или сколько ступенек на мосту у входа на поляну. Ее невнимательность когда-нибудь сыграет с ней очень плохую шутку. Как например сейчас.
Девушка запрокинула голову, пытаясь разглядеть на небе хотя бы одно спасительное облачко. Хотя бы что-нибудь, хоть немного на него похожее. Спешу отметить, что смотреть наверх - не самая лучшая затея, когда спускаешься по ступеням. Уизли даже сообразить толком не успела, что произошло. Она просто шла, а потом..
Знаете, такое неприятно чувство, когда от страха все внутри внезапно сжимается и обрывается? И остается только зудящая пустота, от которой все внутри словно начинает болеть? Когда ощущение полета страшнее приземления, которое вряд ли будет самым удачным. Поэтому Роуз никогда не стать хорошим игроком в квиддич. Уизли не умеет ни летать, ни приземляться. Если лететь, то только в процессе падения, если падать - то только головой о так некстати возникший на поляне камень. И откуда вообще в лесу так много камней?

Отредактировано Rose Weasley (Ср, 20 Июн 2012 18:55)

+5

3

Знаете, что есть люди, которые радуются наступившим летним каникулам больше чем студенты? О, да, вы должно быть уже знаете ответ на мой простой вопрос. Конечно, это учителя, вы угадали, высший балл вам. Ведь летние каникулы – это целых два месяца, на протяжении которых можно забыть, например, о многочисленных докладах студентов и их кривом почерке. Специально что ли они так пишут? Как так вообще можно умудриться? И о том, что нужно выходить из своего кабинета с опаской и оглядываясь, а то вдруг тебя снова поймает та настырная заучка с Равенкло, с попыткой навязать тебе еще один дополнительный час для нее и ее друзей ботаников. Охренеть, правда? Ему будто делать больше нечего, он и так им один час в неделю уделяет дополнительно. А еще  можно, «троекратное ура!»,  больше не заботиться о том, что тот идиот с шестого курса до сих пор не может сотворить Expelliarmus, как бы ты с ним над этим не бился. А на уроках у пятого курса Гриффиндора вообще нужно постоянно следить за своим поведением... Одним словом, наконец, черт побери, ты можешь от них всех отдохнуть, ну от почти всех...
Так, что для Эдварда Талбота– сегодняшний день был самым долгожданным, за последние пару месяцев. Нет, он хорошо относился к своим студентам, правда-правда, например, он с радостью отбирал на парах у них всевозможные игрушки. У него уже скопилась коллекция на целую коробку стоящую в  лаборантской. И, да, теперь вы знаете его маленькую слабость, он частенько играл в них, когда нечего было делать, парочку даже из любопытства разломал, «прям возвращение в детство», испортив всю их магию...
Но блин, им всем нужна передышка. Вот поэтому он сейчас был на вершине блаженства. Довольно подтягиваясь, он посмотрел в окно и, оценив погоду, решил, что вряд ли Макгонагалл четвертует его, если он сегодня оденет магловскую одежду: джинсы и футболку. Ну, что он себе враг, парится в костюме, а тем более, не дай Мерлин, в мантии.
Так, что напевая про себя «You Shook Me All Night Long», Талбот напялил любимые кеды, джинсы, серую футболку с надписью AC/DC и навострил лыжи на последнюю в этом учебном году встречу с Роуз. Ну да, это только его Ро, могла выбрать для встречи такое место, как лесная опушка. Благо, она была права, и лесник действительно занят малышней...
Выйдя, во двор Хогвартса, который был забит студентами, он даже себя ощутил вновь как на курсе шестом-седьмом. Тем более одежда располагала. В ней даже были свои плюсы, например, пока никто еще не обратился к нему как профессору, но, тем не менее, и был свой минус. Этот тяжелый минус он ощутил всем телом, когда на него сзади запрыгнул один из студентов, приняв за своего однокурсника. Эд моментально скинул его со спины и с весьма доброжелательной улыбкой заявил ему, что будет рад увидеть того в сентябре на своих занятиях. «Похоже, я все-таки перегнул». Это Талбот злорадно отметил про себя, наблюдая за тем как студент, извиняясь и бормоча что-то типо: «Вы не имеете права – это использовать против меня», отступает к школе. Не то, что бы он был таким уж злопамятным, но все же подросткам об этом лучше не знать, что бы ни сели на шею во всех смыслах. Так, что обойдя, незадачливо парня, он продолжил свой путь в лес.
Спустя минут десять, он, надеясь, что остался никем не замеченным, добрался до моста на опушку. И спустя еще минуту увидел лежащую на ступеньках Роуз. Вспоминая весь свой большой запас ругательств, на всех языках, Эд быстро преодолев все оставшиеся ступеньки, оказался около любимой девушки. Быстро проверив ее на наличие видимых повреждений, слава подтяжкам Мерлина, только ссадины, осторожно устроил ее голову у себя на коленях и с помощью простого Aguamenty, облил водой из палочки. Заметив, что его девочка, начала морщиться, Эдвард с облегчением вздохнул, нежно поцеловал ее висок и потерся носом об щеку Роуз.
- Слушай, Ро, я тебя, конечно, люблю, но может мне стоит найти себе кого-нибудь постарше? – усмехнувшись, он встал и с большой осторожностью взял Уизли на руки. – Например, девушку, которая не будет настолько растерянной, и которая точно не будет ударяться головой. Ты теперь уверена, что сможешь дальше учиться? Эта же все-таки школа магии как-никак, а тебя с такими успехами магия может и кидануть. И, вообще, как бы, между прочим, может это для тебя и новость, но ты мне нужна целая.
Продолжая, шутливо бурчать, он понес ее к школе, потому что как бы следовало проверить, нет ли у нее каких-либо внутренних кровоизлияний, он ведь все-таки не медик, и у него не глаз рентген. Пока Талбот нес Ро, он мимолетно испытал чувство дежавю. На седьмом курсе его тогдашняя девушка, а по совместительству староста, устроив истерику, отправила искать первокурсницу в лес. Найденный ребенок в свою очередь устроил ему вторую истерику, твердя что-то там про потерянного Локи. «Нет, что бы сказать, спасибо, чувак, что спас меня». В общем тот день был не из лучших... К слову сказать, он еще на своем втором занятии в этом году вычислил этого ребенка, который повзрослел и стал очень даже симпатичным, так что в принципе это было скорее не дежавю, а повторение ситуации.
«Ну, уж надеюсь теперь Роуз, не наорет на меня из-за этой кошки».
В Хогвартс он пришел своим проверенным путем, через тайный ход, которым пользовался еще во время своего обучения. Эх, были времена... Талбот усмехнулся. Сегодняшний день явно посвящен ностальгии. Впрочем, в школе, как он смог убедиться, большинство студентов уже собрало вещи, и либо двинули к поезду, либо наслаждались последними минутами на природе, перед долгой поездкой, так что об осторожности можно забыть и расслабиться. Тем временем Роуз окончательно очнулась...

Отредактировано Edward Harry Talbot (Ср, 20 Июн 2012 00:38)

+3

4

Никогда не любила эту жгучую пустоту внутри, как будто все самое счастливое в жизни уже прошло и теперь остается только повиноваться и течь вместе со скучным потоком времени. Как будто закончилась книга, которую только что читал взахлеб, и снова накрыла с головой серая бытность. И, казалось бы, нужно поскорее от этого ощущения отделаться, но ведь Дюн у нас порой бывает самым алогичным мазохистом. Вместо того, чтобы поскорее покинуть родную спальню, захлопнуть дверь перед этими отягощающими наступившим спокойствием стенами и резво сбежать вниз по лестнице, вдохнуть ненавистный жаркий воздух и запереться в купе Экспресса, не глядя на замок, Флейн долго и тщательно пакует чемодан, то и дело оглядываясь через плечо и впиваясь жадным взглядом то в каменные стены, то в балдахин над кроватью, то устремляя взгляд за пределы окна, под которым растянулся вдаль чарующий и пугающий Запретный лес. Нетипично для Дюн. Ведь, наверное, больше всего на свете она не любила именно конец учебного года. Каждый раз он приравнивался для нее к своеобразному концу жизни. Но ничего, ведь всего через два месяца – ну или чуточку больше – она снова сюда вернется. И это уже будет завершение ее истории в Хогвартсе. «Странно, только сейчас начинаю осознавать, что ничего особенно запоминающегося со мной так и не произошло. Ничего экстремального, криминального или просто сумасшедшего. Хотя… кхм. Вру, всякое бывало. Но все равно шесть лет как будто в прострации», - дальше девушка из года в год клянется себе непременно совершить нечто экстраординарное на следующем курсе, такое, чтобы было что рассказывать внукам, которые будут слушать, давясь от зависти слюнками. Еще бы, пускай знают, что их бабушка была не просто пыльным чехлом для кресла в гостиной факультета, но и могла поскакать по потолку, распугивая жутких призраков (а еще гонять братьев с угрозами применить на них Antlerius или Eario).  На губах обозначилась жалкая улыбка, к которой не хватало только кажущихся естественными для всех особо чувствительных особ сопливо-слезных водопадов, размазанных по заминированных косметикой лицам. Но Кольбранд, вроде, не из таких.
Наконец, упаковав все вещи, с тяжелым грузом несвершенных дел и упущенных возможностей, тоски по урокам и преподавателям, Фрея, усадив верную Вишенку на плечо, вышла из спальни. По привычке взяла в руки пару учебников, материал которых уже давно пройден и кое-как заучен, но от этого не становится менее приятно ощущать их шершавую и будто бы теплую поверхность, еще сохранившую аромат утренних безумств в Большом зале и на занятиях. Она пересекла прохладную гостиную, преодолела своенравные лестницы, ловко минуя препятствия и пробки в виде тех самых чувствительных особ и просто одиноких романтиков, и остановилась в коридоре, когда Вишенка, к чему-то прислушавшись, внезапно решила пройтись пешком, быстро-быстро спустившись вниз по мантии хозяйки. Только вот пошла, точнее, побежала сломя голову, она совершенно в другую сторону. «Ну вот и куда ее снова понесло? Опять учуяла след того драного черного кота, с которым подралась на прошлой неделе?». Катя за собой чемодан, Дюна устремилась по пустым коридорам: большинство студентов к этому моменту были на улице или где-то на лестницах, как и Фландре, Аллен и Аксель, с которыми уже несколько лет подряд они находили друг друга только в Экспрессе. Стараясь не упускать из виду любимицу, Кольбранд даже припустила бегом, насколько позволял багаж, но остановилась, прокатившись по гладкому каменному полу еще несколько сантиметров, когда услышала чужие шаги.
«Вот только не хватало попасть на глаза кому-нибудь из профессоров. Ведь не послушают, что просто мышку ищу».
Дюна прижалась к стене, будто надеясь, что та, в случае чего, скроет ее от зорких глаз Макгонагалл как мантия-невидимка, а потом заметила беглянку, которая стояла прямо возле угла и странно, возмущенно попыхивала. На цыпочках Дюн подкралась сзади, то ли чтобы не привлекать прошедшего мимо, то ли надеясь обмануть чуткий слух зверька, но не успела она схватить мышку, как та снова сделала резкий старт и рванула по коридору. И Флейн успела заметить, за кем: кажется, это был профессор Талбот, один из любимых учителей Кольбранд, который нес на руках ученицу, в ярко-рыжих волосах которой можно было безошибочно узнать принадлежность к Уизли.
«Кому-то стало плохо? Может, помочь надо?... Вишенка! Чтоб тебя».
- А ну вернись! – тихо-тихо позвала девушка, чтобы не услышал удаляющийся профессор.
«Все равно выбора нет, не уходить же без Вишни… Да и мало ли, может, в самом деле чем помочь потребуется».
Не решаясь пока раскрыть себя, Дюна сделала взмах волшебной палочкой и подвесила чемодан, который мог нашуметь, в воздухе, а потом, как истинный сталкер, время от времени оглядываясь по сторонам, чтобы вовремя заметить ненужного свидетеля, на носочках поплелась вдоль по коридору, в каждом углублении в стене и в полу высматривая свою Вишенку.

+3

5

Надо заметить, что во всем огромном списке "лечение головной боли" метод удара больной головы о камень находится на самом последнем месте по эффективности. И, стоит заметить, на это есть свои довольно веские причины.
Единственной мыслью, которая проскочила перед весьма продолжительной отключкой в тронутой головке Уизли, была боль. И боль, не как слово, или состояние, или что-нибудь в этом роде. Нет, все очень банально и до невероятия просто. Знаете, бывает, что при ударе тупая ноющая боль выбивает из головы все присутствующие в ней на тот момент мысли, важные и не очень. И обращает все внимание всецело на себя, что, надо заметить, весьма эгоистично с ее стороны. Так или иначе, последнее, о чем за секунду до погружения в объятия к Морфею успела подумать Ро, было мыслью крайне неприятной и заключалось в той самой глухой боли, весьма резво разливающейся по всему телу и оставляющей о себе череду не самых приятных воспоминаний.
Ни я, ваша покорная слуга, ни так весьма некстати снова остановившиеся наручные часы, ни даже сама Ро, увы, не смогут вам сказать, насколько длинным был временной промежуток между таким неудачным падением Роуз и весьма своевременным появлением на опушке Эдварда Талбота, так же известного большей половине школы под именем "профессор Талбот", или же просто "сэр". Надо отдать ему должное, ибо он уже не первый раз выручает богатую на приключения шкурку мисс Уизли из очередной передряги. Будь то чихающий хлеб, который напал на девушку в столовой и выгнал ее оттуда аж в целый камин, где Роуз весьма успешно подпалила себе шевелюру, или уползающие от Уизли шнурки, из-за которых пару месяцев назад Ро пришлось так виртуозно лететь вниз по лестнице в башне прорицаний.
К моему, и, надеюсь, всеобщему сожалению, вышеупомянутому профессору Талботу, в очень узких кругах именуемому просто "Эдди", не удалось сразу привести юную Уизли в состояние, близкое к здравому уму и твердой памяти. Несомненно, и он, и мисс Уизли позже об этом сильно пожалеют. Ибо не стоит оставлять в беспамятстве человека, которого мучают ночные кошмары.
Людям в большинстве своем снятся чудесные сны. Кого-то они вдохновляют, кого-то в свою очередь толкают на создание очередного шедевра, который надолго отпечатается во времени, и о котором будет говорить не одно последующее поколение волшебников и магглов. Такие сны бывают светлыми, чистыми, они лучатся теплотой и любовью. Ну, по крайней мере, Ро в это свято верит. Сама же Уизли предпочитает свои сны не вспоминать, потому что в них зрелище предстает не такое веселое.
Даже, к примеру, сейчас. Это чем-то напоминает Алису из сказки. Когда реальность так тесно переплетается с миром твоих фантазий, что уже нет сил отличить, где заканчивается настоящий мир и начинаются ночные кошмары.
К внеплановой отключке старшей Уизли привело такое же внеплановое падение. Вот только в момент удара головой это падение, увы, не закончилось. Более того, оно еще никогда не было так далеко от своего логического завершения. Благо, меня не так часто мучают кошмары, и я не знаю, и не могу передать - каково это. Как чувствует себя человек, падая в пропасть своих скрытых страхов и ненавистных ночных кошмаров. Когда даже во сне тебя в лицо хлещет безумный ветер, рвет твои волосы, просто потому, что в жизни ты так этого боишься. Когда ты не видишь ничего дальше собственного носа, ибо вокруг нет ни одного источника света, ни даже самой маленькой искорки. Роуз не выносит темноты. Когда все, что ты слышишь - это дикий свист ветра в ушах, треск разбивающейся о приближающуюся землю мебели, которая по непонятной причине падает в бездну вместе с тобой. Скрип, треск, шепот, чей-то леденящий душу визг - все это сливается в один общий гомон и огромной волной обрушивается на Роз. Это рвет разум на части, снова и снова разбивает на миллионы мельчайших осколков, буквально стирает его в стеклянную пыль и рассеивает на ветру, не дает глубоко вдохнуть, словно хочет придушить Уизли. Из-за звуков воздух вокруг становится слишком плотный и недосягаемый - это же кошмар, тут возможно все. Девушка зажимает голову руками, стараясь хоть немного заглушить шум, который продолжает расти у нее в голове. Добавить к этому чувство непрекращающегося падения и ощущение близкого финиша - не самая аппетитная картинка получается, правда?
Внезапная боль заглушает гвалт, который творился до этого - Ро только и успевает сделать глубокий вдох перед тем, как камнем падает в воду. Какая досада, ведь она так и не научилась плавать. Вода повсюду, но Уизли почти не чувствует ее. Она вообще не может пошевелиться, ее просто тянет вниз, на дно, которое может быть за тысячу миль от нее. Отчаянные попытки пошевелится, хоть как-то выбраться на поверхность - со стороны это выглядит, как неуклюжие движения запутавшейся в собственных нитях куклы. И ни капельки не помогает выбраться. Я думаю, что нетрудно представить то отчаяние, с которым Роуз смотрела на внезапно возникшие солнечные блики на обратной поверхности воды, которые с каждой секундой удалялись все дальше. Их спокойное покачивание на мелких волнах выглядело, как насмешка, как самое настоящее издевательство. Наверное, Уизли стало бы намного легче, если бы ей удалось не то, что пошевелиться, а хотя бы просто заплакать. Слезы каким-то магическим образом на некоторое время укрывают тебя от того, что ты так панически боишься. К сожалению, зареветь под водой так же проблематично, как и вдохнуть.
Все происходит слишком быстро. Опять. Полет, падение, полные легкие воды. Снова и снова, из раза в раз случается все одно и то же. Ка бы хотелось сбавить этот бешеный темп. Или вообще прекратить эти сны. Если бы Роуз только могла вообще не спать.
В такие моменты, когда паника утихает и постепенно отступает, на ее место приходит апатия. В такие моменты человек может даже смириться со скорой и неизбежной кончиной. Спокойно смотреть на приближающийся поезд, морщиться от неприятного металлического привкуса пистолета, который упирается в гланды. Последнее, что хочется ощутить в своей угасающей жизни - умиротворение, или хоть что-то на него похожее.
Грань между сном и реальностью, как я уже говорила ранее, очень тонка и почти неощутима. Не всякий сон можно отличить от реальности, не всякий сон так легко забывается, стоит лишь открыть глаза. Роуз вздрогнула. Казалось, она почти достигла дна, на котором должно было окончиться ее падение. Снова. Тошнотворную пустоту вокруг заполнило тепло человеческого прикосновения, которому, по идее, неоткуда взяться на дне ущелья. Уизли побоялась открыть глаза, опасаясь, что она снова окажется под водой. Ее лицо и волосы действительно были мокрыми.
Так, может, это все таки был не сон?
Уши по-прежнему были заложены, звуки доносились словно сквозь толстую прозрачную стену - приглушенными и неразборчивыми. Ро даже не могла узнать голос, который все это время что-то весело бормотал.
Теплое дыхание, так близко и так неожиданно, заставляет сердце пропустить один удар, а веки предательски дрогнуть. Девушка не хотела показывать, что она пришла в себя. Наверное, отчасти даже от того, что сама в этом сомневалась. Слишком живо было щекочущее чувство падения и сопутствующая ему паника.
Чьи-то сильные руки рывком подняли Уизли с земли. Обладатель этих рук не переставал разглагольствовать на, очевидно, весьма интересную тему, вот только Роуз все никак не могла сосредоточиться и прислушаться к его речи. Что уж там, девушке было трудно голову удержать в равновесии, которая как нельзя некстати откинулась и безвольно повисла, раскачиваясь в такт шагам благородного спасителя, что уже говорить о задушевных беседах. Ро на секунду открыла глаза, о чем тут же очень сильно пожалела - весь мир ходил ходуном, к тому же висел перед ней вверх тормашками. Кого угодно от этого мутить начнет.
Путем невероятно сложных логических умозаключений Уизли пришла к выводу, что в ее же интересах сейчас просто позволить донести себя до... А куда ее, собственно, несут? И кто? А, самое главное, зачем? Голос знакомый... Очень, просто до безумия. Имя вертится на кончике языка, но никак не вспомнить, как же оно звучит. Я думаю, Роуз это пока простительно. Не так уж и просто сразу все вспомнить, если до этого хорошенько приложился головой о землю.
О землю? Я упала? Я падала, но.. Я упала в воду. Или я упала раньше?.. Мерлин, моя голова.. Эдди, ради всего святого, ты можешь говорить чуть потише? Внезапно осенившая девушку мысль вошла в ее мозг подобно тому, как раскаленный добела нож входит в податливое масло. Не уверена, что первое сравнение получилось удачным, но вот масло и мозг старшей Уизли сейчас действительно были чем-то очень похожи.
Эдди?! - Роуз даже распахнула глаза, чтобы воочию убедиться в правдивости своей догадки. Получилось не очень продуктивно, потому что головокружения это не сняло, напротив, да и все вокруг продолжало приветливо кружиться и покачиваться. Разве что ландшафт немного поменялся - теперь Ро наблюдала до боли знакомые каменные стены замка. Неважно. Теперь это все уже неважно. Мысли постепенно отравляло ледяное спокойствие. Раз уж Эд рядом, можно больше не волноваться. Можно почувствовать себя в безопасности. Наконец-то.
Многие говорят, что, когда ты находишься рядом с человеком, в которого ты влюблен, в животе начинают порхать бабочки. Судя по тем ощущениям, которые так внезапно испытала Роуз, у нее в животе вместо бабочек жила добрая сотня сороконожек, парочка змей, а так же карликовый слоник, который обожает танцевать степ.
Уизли беспомощно цеплялась за край футболки Эда, пытаясь обрести хоть какую-то точку опоры и наладить утраченное равновесие. Когда ей это наконец удалось, девушка смогла даже сфокусировать взгляд в одной точке дольше, чем на секунду. И за эту секунду она увидела мышь. Мышь, которая, в свою очередь, определенно увидела Роуз. От ее пытливого взгляда студентке стало даже как-то не по себе.
Откуда здесь мыши? Наверное, пронюхали, что в школе не осталось котов... Коты... Ко-ты.
- Локи?! - Роз резко дернулась, пытаясь вернуть своей голове привычное для нее положение. Увы, с первого раза это не совсем получилось. Девушка только и успела ухватиться за шею так удачно несущего ее профессора и уронить вышеупомянутую многострадальную голову ему на плечо.

+2

6

Надеюсь, вам когда-нибудь приходилось читать произведения  Пелэма Грэнвилла Вудхауза?  Если нет, то мне вас жаль, с чувством юмора у этого автора все в порядке и между прочим, говорят, у него замечательно получалось придумывать заклинания...  Но я сейчас вам говорю о его не менее замечательном литературном даровании. Есть у него такая увлекательная серия рассказов про Дживса и Вустера. Так вот Эдвард Гарри Талбот за свою не такую уж большую, и как оказалось не совсем опытную во всех сферах, жизнь, частенько ощущал себя Вустером. Хотя бы, потому что если все идеи Дживса завершались удачно, то у вышеназванного персонажа не совсем.
Вот, например, Талбот на данный момент пока нес Роуз на руках в школу, понял две вещи: первое, его сотворенная вода не сильно помогла; второе, правильно говорила мать, нужно знать хоть элементарные правила первой помощи. Что там еще она ему говорила... А, вот, что-то вроде этого: «двадцать четыре года, взрослый мужик, умей вовремя разбираться со своими проблемами». Или это скорей всего фраза его отца.... Уж извините, что в данной ситуации  мозг Эдварда все перепутал. Ну ладно у него есть один плюс в его сторону, Ро ведь почти очнулась. И все-таки ключевое слово это: почти. А что самое критическое, так это, что по дороге к врачу нужно пересечь половину школы, а человека, которого ты несешь на руках не так-то просто привести в сознание в этот момент, когда твои руки, как вы сами понимаете, как бы заняты. Ладно, хоть она голову сама ему на плечо уложила. А уж про то, что нужны знания о том, как вывести ее из забытья, а то бишь представление о лечащих заклинаниях... Друзья, которые хорошо знали Эдда, могли бы вам и рассказать о том, что если его предмет не интересует, то он о нем и имеет небольшие представления. Это только его брату Стефану достаточно было хоть раз в жизни о чем-то прочитать и запомнить настолько, что бы использовать эту информацию в критической ситуации, для Эдда все что он знал, было результатом, того, что действительно тратил свое время и это учил.
Итак, теперь разберемся в том, что лично Эдварду по жизни повезло, с обмороками ему не приходилось иметь дело. Ну, то, есть он испытал его лишь раз в жизни, когда на матче, где против них нечестно играли, он грохнулся, с большой высоты, с метлы, сбитый бладжером. Да и единственное, что напоминало о том случае – это шрам на правой лопатке, идущий параллельно позвоночнику, и уж он точно не помнил, как его приводили в себя. Так, что это явно не очень полезный жизненный опыт и ему приходилось на данный момент усиленно напрягать свой взволнованный мозг и пытаться найти что-то в тех знаниях, которые он имел. Как назло в голову лезли лишь мысли о том, что причиняет человеку темная магия, а это бытовое крушение с лестницы, где  максимум из черное краски – это то, что  были в тени ступеньки,  уж точно к тому не относилось.
- Локи? Э, нет, милая ты ошиблась «Да уж хорошая альтернатива: либо на меня орут из-за этого кота, либо называют его кличкой. Это походу судьба».
Вполне очевидно, что пора было искать место, где можно посадить Роуз и вновь попытаться привести ее в чувство. Пройдя дальше по коридору. Талбот нашел скамейку, на которой обычно по переменам рассаживались студенты, в ожидании уроков. Усадив на нее девушку, на него снизошла мысль о заклинании, которое как он смутно помнил, должно было выводить из бессознательного состояния. Ну, по крайней мере, он так думал. «Все, в следующем году, пройду с каким-нибудь курсом все эти заклинания и сам их повторю». В этом был еще один плюс его учительства, он постоянно совершенствовал свои знания вместе со студентами.
- Так, Ро, смотри на меня, - осторожно убрав пряди рыжих волос с лица девушки, он, держа ее одной рукой за подбородок, другой полез в карманы джинс за палочкой. Сотворив «Enervate»,  а именно то самое заклинание, которое он припомнил, Эд с большой опаской, медленно, убрал руку от лица Роуз и перешел к ее царапинам. Шестое чувство подсказывало ему, что лучше продолжать болтать, задавать вопросы и добиваться того, что бы она на них ему отвечала, что бы иметь хоть какое-то представление о ее состоянии.
- Милая, скажи мне, как можно было так ухандохаться? Не то что бы я сомневаюсь в твоем редком таланте находить приключения на свою прекрасную пятую точку, но сегодня ты превзошла саму себя. 
Взяв любимую за руку, он повернул ее, так что стало видно ссадину на локте.  Все, можно было расслабиться, с заклинанием «Episkey» Талбот имел дело в своей жизни тысячу раз, начиная с тех лет,  когда в детстве дрался с братом,  и после получив вдогонку подзатыльник от отца, наблюдал за тем, как тот останавливал кровь и  убирал  у него со Стефом ссадины с  царапинами.

+2

7

Сталкер держался тени. Сталкер шел у стены. За сталкером плыл багаж. Сталкер искал мышь.
Все именно так и было – самое честное слово. Она вовсе не подглядываний ради прикинулась сейчас паучком, медленно перебирающим, будто пробующим лапками на вкус холодные шершавые каменные стены замка – ей просто не хотелось быть замеченной. И по этой же причине она постоянно оглядывалась назад, но уже не для того, чтобы уличить некую любопытную физиономию, а чтобы проверить, что чемодан: а) не летит по середине коридора, что гарантирует как минимум недоумение заметивших его в первые моменты ничего не подозревающих вперединаходящихся персон; б) не строит коварных планов по выведению из равновесия той или иной конструкции и не пытается разыграть из себя Титаник, напоровшись на стену и оглушив своим падением все живые и неживые предметы вокруг. Всего-то и нужно, что найти Вишенку, забрать и тихо-мирно удалиться восвояси, нагонять время и Экспресс. Когда профессор скрылся за углом коридора, Дюна даже поползала на коленках, тщательно высматривая каждую древнюю выбоину, каждую нишу в стене, заглядывая за каждый гобелен и картину, обитатель которой тут же начинал возмущенно шипеть и пытался даже ругаться неведомыми светлому уму Кольбранд словами, которые влетали в одно ухо, а вылетали через другое. А все потому, что светлый ум ее все надеялся, что Вишенка не побежала дальше и играет в прятки где-то по-близости, надо только получше поискать.
«Вот найду ее и посажу под замок как минимум до Кингс-Кросса….».
А потом еще Кольбранд будет подкладывать негоднице в наказание в клетку вещи, которые она не любит: те же резиновые кольца, на которых животным полагалось заниматься подобием легкой атлетики – их мышка не решалась даже грызть в отместку, настолько они ей не нравились. Или подложить абрикосовые зернышки, которые с негодуем зверинка закапывала в самодельную могилку сразу под уборным местом. Или выкидывала Дюнце на подушку, в надежде, видимо, что семечко запутается в волосах хозяйки и несчастное животное тем самым будет отмщено. Или же, что хуже всего, зайти с ней в комнату Флан…
Дюна уже поняла, кого именно нес профессор Талбот, и была удивлена, узнав, что это ее подруга Роза с курса помладше. И от этого у нее начинал просыпаться интерес: такое маленькое лохматенькое существо яркого пламенного цвета, которое щекотало в носу и голове, заставляя толкать их, куда не следует. И, как назло, там же оказалась искомая белая, наглая до чертиков и упертая, совершенно невоспитанная мышь! Вот как можно так пилить взглядом честных людей?! Уже начиная просыпать на полу заранее заготовленный корм, Дюна гипнотизировала Вишенку негодующим взглядом, но та явно ее игнорировала.
«Ох, мы еще посмотрим, кто кого… Все лето не дам котов лондонских гонять».





ОФФ: пингвин совсем замотался, но пингвин старался, правда т.т

+3


Вы здесь » Hysteria. » Архив игровых тем » Каникулы в Мидгарде