Hysteria.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hysteria. » Архив игровых тем » Лечить буду я, а вы — свободны.


Лечить буду я, а вы — свободны.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://s4.uploads.ru/t/YH6Qb.png

Название отыгрыша: Лечить буду я, а вы — свободны.
Действующие лица: Стажеры колдомедики, Emily Caldlow and Adam Bletchley
Предыстория: Однажды, в больницу Святого Мунго пожаловали стажеры колдомедики. И все было бы прекрасно, если бы их не закрепили за мистером Блетчли, который всеми фибрами своей души не ненавидел оных. В общем, веселейшая в жизни этих студентов-медиков пратика, начиналась так...
Место действия: Больница Святого Мунго, прилегающая территория.
Время действия: 2020 год, сентябрь, октябрь, немножко ноябрь.
Рейтинг:R
Очередность постов: Adam —> Emily
Возможно ли присоединиться: Возможно. Без разрешения.
графика сделана Emily Caldlow

Отредактировано Adam Bletchley (Пн, 5 Авг 2013 00:46)

+3

2

Внешний вид: Лимонных халат колдомедика, под ним темно-синий брючный костюм+футболка маггловского врача, а под футболкой белая майка.
С собой: Волшебная палочка, заживляющая мазь в небольшой емкости, список закрепленных за Блетчли, стажеров и не дюжая доля самообладания.

Greenwich Village – Around Me
Адам несся по коридору, расталкивая колдомедиков и даже не извиняясь за свое поведение. Выглядел молодой человек сегодня мрачнее тучи, так как конкурент из отделения отравленных растениями и зельями, преподнес, со злобной ухмылкой новость:
- Блетчли, ты в курсе, что за тобой студентов закрепили?
- Что? – Как можно спокойнее переспросил молодой человек, но тем не менее, по его лицу стало понятно, какие редкостные проклятия он посылает главе больницы.
«Будто мне нечего делать, кроме, как нянчить тупых студентов! Черт побери, они же будут спать на моих лекциях! И к тому же – я должен отчитать им всего шесть лекций, так какого черта?! Пусть откроют книги и все там прочитают!» - Пронеслось в голове разъяренного колдомедика, когда тот врывался в кабинет заведующего больницей.
- Я отказываюсь! – Выпалил с порога мужчина.
Заведующей больницей, оказалась женщина, по скромным представлениям мистера Блетчли, ей было что-то около ста и по своей манере строить молодому колдомедику подлянки, она существенно напоминала молодому человеку профессора по прорицаниям. Та самая «верховная» целительница воззрилась на Адама глазами, казалось бы, полными безразличия и непонимания, но он, то понял – издевается и активно жестикулируя, принялся расхаживать по ее кабинету:
- Вы поймите, у меня столько работы – пострадавшая из третьей палаты всю ночь изрыгала слизней, не смотря на то, что я, казалось бы, уже устранил последствия этого неприятного заклинания. Не понимаю, почему мистер Сепсис не может заняться своими больными… - Мысленно Адам трижды проклял все, на чем свет стоит и продолжил свою душераздирающую тираду о несправедливостях жизни юного колдомедика: - Вот! Я ведь не только за своими больными слежу, но еще и за больными мистера Сепсиса, которому, кстати, заняться абсолютно нечем! Так что я настаиваю, категорически настаиваю, чтобы стажеров, все-таки, перепоручили ему!
Заведующая сдвинула брови – плохой знак, поднялась, показывая мистеру Блетчли их разницу в весовой категории и села обратно, видимо, не в силах сделать больше ни шагу. Обычно, в душе Адам подшучивал над женщиной, а иногда и в действительности, но к счастью, отношения у них были очень хорошие. Можно было сказать, что дружеские: Блетчли прощалось то, чего не прощали никому другому в этой больнице. Не смотря на всю его образованность и расчетливость, а так же привитое еще в детстве обаяние и манеры, Адам имел положительную репутацию среди больных, а так же среди своих коллег – колдомедиков. Вот только с мистером Сепсисом отношения так и не сложились – он с первого дня появления Адама в этой больнице, завидел в нем конкурента и строил всяческие козни. Дело в том, что вышеупомянутый колдомедик, считал своим долгом стать главой отделения недугов от заклятий, но, по всей видимости, заведующая была другого мнения и спустя достаточно короткий срок, впечатленная достижениями Блетчли, поставила именно его. С того момента началась война между отделениями – пациенты были так же частично в нее втянуты, но чаще всего доставалось Адаму напрямую. Он, натура не конфликтная, но порой, как ляпнет – так, хоть стой, хоть падай и чаще всего, Сепсис все-таки падал. Бывало, что даже лицом в пол, но не будем вдаваться в подробности…
- Не понимаю, о чем речь. – Холодно парировала волшебница и взглянула на Адама поверх очков. Надо сказать, Блетчли прилично рассвирепел, понимая, что студенты, отныне, станут его личным ночным кошмаром: - К тому же, не забывайте, мистер Блетчли, что пока что именно я, занимаю пост заведующего этой больницей и именно мне выпало право решать, за кем закреплять новоприбывших стажеров.
В кабинете повисло молчание. За дверью пробежал табун ржущих, - Блетчли сразу понял, что это студенты разбушевались без присутствия над ними жесткого контроля, в виде его тяжелой руки, - и галдящих во весь голос, молодых волшебников. Глаз Адама задергался, в приступе гнева.
- Хорошо. – Сквозь зубы процедил мужчина, становясь пунцовым от невысказанного возмущения. – Но знайте, что я испытываю физическую боль от того, что эта тупая, желтая биомасса заполняет пространство вокруг меня! Понятно?!
В конце, Блетчли все-таки не выдержал и его голос сорвался в сторону истерического вопля, который, как и полагалось, никак не воспринялся.
- Да бросьте Вы, Адам, - с улыбкой произнесла женщина, желая предотвратить массовое убийство. – Это хорошая группа…
Не выдержав, юный колдомедик развернулся лицом к шкафу и втесался в него лбом, после чего обернулся к заведующей, которая застыла на своем месте с поднятыми на уровень корней волос, бровями и выпалил, наконец выпустив гнев наружу:
- Хорошая группа, это Beatles! – Воскликнул колдомедик и поспешно удалился.
Закрыв за собой дверь в кабинет заведующей, Блетчли трижды вдохнул и выдохнул, стараясь не думать о предстоящем рабочем дне, в котором значительный объем нервов занимала…тупая, желтая биомасса. Но стоило мужчине закрыть глаза, мечтая о пинте хорошего пива в первой попавшейся забегаловке, как мимо пробежала девушка, в джинсах и лимонном халате. Волосы у нее были распущенными, в подмышке зажат планшет с историей болезни, кажется, миссис Лоу – той самой, пораженной слизняками, и ручка, которую она выронила у ног Адама. Правда скорость ее передвижения была настолько большой, что стук упавшей на кафельный пол, ручки, так и не был услышан.
Мистер Блетчли закатил глаза, мысленно заставляя себя поднять пишущее перо, сделанное руками магглов и направиться вслед за пробежавшей девушкой. Это явно был не целитель, а одна из свалившихся на больную голову Адама, стажеров. Осталось только найти ее и выбить дурь, ведь в больнице Святого Мунго, как, мужчина готов был биться об заклад, и в любой другой – бегать категорически запрещено.
В конце коридора располагалась дверь, со скромным номером 209, в которую, собственно, целитель и зашел. В кабинете стоял не просто шум, а настоящий гвалт и, как и предполагалось, ни один из сумасшедших “биомассов”, так и не заметил присутствия мужчины в помещении. И не замечал бы, если бы Адам, с титаническим усилием сдерживая ярость и желание бросить Аваду в каждого по очереди, не поднес к сонной артерии свою волшебную палочку и, невербально воспользовавшись заклинанием, не увеличил бы громкость своего голоса настолько, насколько это было возможно, лишь бы сохранить стекла в оконных рамах целыми и невредимыми:
- Доброе утро, господа студенты! – Воскликнул целитель, с упоением наблюдая за тем, как биомасса хватается за голову и падает на расставленные стулья.
Наконец воцарилась долгожданная тишина. Блетчли оглядел студентов, которые со страхом и вниманием разглядывали своего лектора. С третьего ряда, закрытый более широкими спинами, послышался писклявый голосок парнишки:
- Мы н-не с-студенты… М-мы с-стажеры.
Целитель приподнял бровь, хотел было что-то сказать, но тут в дверь вновь ворвались. На этот раз, порядок нарушил высокий и широкоплечий молодой человек, с модным у молодежи «ирокезом» на голове. Он лучезарно улыбнулся группе, затем Адаму и переведя дыхание, бегло поздоровался:
- Здрасте!
- И Вам не хворать, - со вздохом проявил вежливость Блетчли, - мистер …?
- Что? – Не понял студент.
- Фамилия Ваша, как? – С трудом сдерживаясь, процедил сквозь зубы мужчина.
- А, - все так же улыбаясь, почесал затылок студент. – Смерть. Смерть моя фамилия.
Блетчли закатил глаза, а в голове у него в мгновение ока родилась злобная, но в тоже время ироничная шутка, вполне в духе его самого, в то время, когда он общается с мистером Сепсисом:
- Вот что, мистер Смерть… При больных я Вас по фамилии называть не буду.
Биомасса все, как один рассмеялась, а молодой человек, уже не такой уверенный в себе, прошел и сел рядом с девушкой, в розово-лиловом халате. Она привлекла особенно сильное внимание у Блетчли – мало того, что все целители Святого Мунго носили лимонные халаты, так она еще и пузыри надувала из жевательной резинки, а потом, с наслаждением и упоением лопала их, прицыкивая языком.
«Так и хочется вырвать ей этот ее язычок пассатижами… Все равно ведь использует его не по назначению…» - Подумалось Блетчли, а потом он, вздыхая, раскрыл небольшой свиток с именами и фамилиями своих будущих студентов.
- Итак… - В очередной раз вздыхая, подытожил Адам, когда список был окончен, - осталась только мисс… Колдлоу. Мисс Эмили Колдлоу, прошу Вас подняться и рассказать мне, какое лихо потащило Вас в мою скромную обитель.
На самом деле, колдомедику и, правда, было довольно-таки любопытно, что же заставляло этих людей пойти именно во врачевание, а не в, тот же, к примеру, аврорат. Многие, наверняка в школьные годы довольно хорошо играли в квиддич, так что могли пойти в спорт, или в министерство, став сотрудником департамента магических игр и спорта, или еще кем… Выбор огромный, но все они – не многие, но все же, выбрали колдомедицину. Подобному вопросу подвергались все, абсолютно все студенты, которых, так или иначе, обучал Адам. Кто-то отвечал, что, мол, пришел к врачеванию по наставлению маменьки, кто-то желал достигнуть невыполнимого и стать лучшим колдомедиком в мире, а кто-то, например та ненормальная, в розовом халате – взгляд резало дико, - найти свою любовь. Оставалась мисс Колдлоу, и от того, что она была последней, Блетчли ожидал от нее чего-то поистине выдающегося.

Отредактировано Adam Bletchley (Пн, 5 Авг 2013 04:50)

+5

3

День не задался с самого утра: мало того, что девушка проспала будильник, так еще и наступила прямиком в ледяную воду, которая вылилась из опрокинувшейся вазы. А самое противное, что опрокинулась она сама, под тяжестью букета, присланного таинственным незнакомцем. Эмили знала, кто скрывался под именем того самого незнакомца, но все еще не позволяла ему приближаться к себе – странный он, пусть и помогает, как может, даже после всего того, что ему наговорила волшебница.
Иметь мужа, пускай, пока еще незаконного, остается очень неприятным и смущающим фактором, но и скрывать это уже невозможно – Эмили и Адриан постоянно собачатся, чем до боли походят на старых супругов, которые женаты уже бог весть знает сколько времени. Что бы там ни было, девушка старается обходить стороной все места, где они могут столкнуться, причем, даже если пройдут мимо, не замечая друг друга. Ей просто неудобно, да и видеть его каждый раз, как он улыбается, при виде ее лица – ужасно смущает. Даже в больницу Святого Мунго, Эмили пошла ради того, чтобы не видеться с Адрианом. Он привлекательный – признаться стоит, достаточно привлекательный, чтобы она смущалась, видя его по пояс обнаженным. Странная девушка Эмили, смущается всякий раз, когда этот прохвост снимает рубашку – стоит ей увидеть его, как она тут же закрывает лицо ладонями, убегает, отворачивается и кричит. Дико кричит, словно ее только что немыслимо сильно оскорбили, однако, это всего лишь просьба одеться.
Странная девушка Эмили старается не разглядывать мужчин, потому что уверена, что от них исходят только проблемы. Ей кажется, что счастье может быть, даже если она останется в стороне и не станет такой, как все – хотеть замужества, детей, семейных обязанностей, это ведь ужасно скучно.
Как ни странно, проснулась девушка вовсе не в своей постели. Голова ужасно болела, просто раскалывалась на две половинки одного целого, даже дышать было больно. Сморщив носик и сведя брови на переносице, Эмс прочистила горло, кашляя, но быстро замолчала, так как поняла, что если першение в горле продолжится, ее мгновенно вывернет наизнанку вчерашним обедом.
— Что вчера произошло? — подумалось брюнетке, пока она осторожно ощупывала торчащие в разные стороны, волосы. — Ничего не помню… Где я?
Надеялась Эмили, что сейчас находится в спальне подруги, но висящая на стуле мужская одежда, разрушала все отчаянные мечты. Брюнетку пронзил ледяной ветер из приоткрытого окошка, а может, это был страх за свою невинность. Сердце застучало быстрее, не смотря на то, что ноги подкашивались, и хотелось провалиться под землю. Как только гул в ушных раковинах стих, мисс Колдлоу поняла, что мысленно повторяет одну и ту же фразу, точнее, это, скорее вопрос:
— Что же подумает Адриан?
Видимо, вчера она так здорово напилась, что не помнит, где находится сейчас и, как она сюда попала. Может, дошла и сама, но явно не без помощи постороннего человека.
На цыпочках девушка подошла к висевшей на стуле рубашке, аккуратно коснулась ее кончиками пальцев, приподняла за этикетку и поднесла ее к лицу, вдыхая идущий от нее аромат. На секунду, глаза девушки закрылись, а мозг медленно, но верно переваривал приятный запах мужского тела и одеколона.
— Уже проснулась?
— Черт! — Эмили выронила рубашку, попыталась быстро поднять ее, но свалилась следом, после чего отползла к кровати, прячась за ней.
В районе дверного проема послышался издевательский, с трудом подавляемый смех. Эми была ошарашены и смущена одновременно, ей даже представить было страшно, что это за человек такой, как он попал…нет, как она к нему попала! И что было между ними прошлой ночью – это был главный вопрос, ответ на который повис в воздухе.
Медленно, как только она могла, приподнялась, чтобы глазами найти источник смеха и увиденное шокировало и смутило одновременно: тот самый, хамоватый суженый, вовсе не ряженый, стоял на пороге комнаты и широко улыбался. Первым желанием мисс Колдлоу было – кровавое смертоубийство, которое не сможет остановить никто, кроме маститого супер-героя из американского комикса, или, например, просто контузия, но с особой жестокостью.
— Извращенец! — Завопила несчастная девушка, пытаясь ватными от неловкости пальцами, застегнуть пуговицы рубашки. — Воспользовался моей беспомощностью, притащил меня сюда и изнасиловал, да?!
Кричать Эмили могла, сколько угодно. Вот только Адриана ее писклявый вопль ни на грамм не пронимал, а потому, натянув джинсы, девушка направилась к выходу из комнаты. Она не поскупилась и, как следует, толкнула плечом своего «мужа», оставив его не только в замешательстве – как она считала – но и без рубашки, в которой он ходил на работу.
Конечно же, ночью у них ничего не было – Адриан всего лишь забрал нерадивую невесту из клуба, в котором ее до беспамятства напоила подруга, привез к себе домой и уложил спать, предварительно раздев.
— Он видел меня голой… — Эмили смачно треснула себя по лицу, имитируя знаменитый смайлик всемирной компьютерной сети «фейспалм».
На самом деле, Эми была сегодня, как никогда разбита. Вначале, она уехала не на ту остановку, а поняв, что потерялась, чуть было не забрела в Косой переулок, вместо того, чтобы искать вход в больницу Святого Мунго.
В коридоре, на четвертом этаже, где проходили занятия стажеров, было не много народу, но никого из студентов не было. Это и настораживало, и радовало, и огорчало одновременно – Эмс не любила, когда на нее смотрят другие, потому что ей всегда кажется, будто ее обсуждают, за ее же спиной. С другой стороны, отсутствие других стажеров объяснялось тем, что на собственную лекцию, брюнетка уже опоздала, а потому, накинув лимонных халат целителя больницы, мисс Колдлоу бегом пустилась к заветной двери кабинета.
Оставалось только надеяться, что врач, который будет читать лекцию, не станет сильно злиться на девушку, с врожденным типографическим кретинизмом… Однако, на счастье самой Эми, в кабинете, где сидели все остальные стажеры, преподавателя-целителя еще не было, именно поэтому все прыгали, чуть ли не до потолка и галдели, перекрикивая друг друга.
— Моя голова… — Подумала девушка, потирая висок.
Ничего не поделаешь – до аспирина, теперь, как раком до Китая – много, тяжких минут сосуществования с людьми, которые ее даже не заметили. Собственно, как и было в школе, если Эми вела себя тихо – серая мышь, она и в Мунго серая мышь.
Дверь распахнулась, и в кабинет вошел довольно высокий мужчина среднего телосложения, с широкими плечами – почти, как у Адриана – и волосами, которые он, как пить жать, частенько перебрасывал рукой с одной стороны, на другую. Эмили сразу поняла, что это именно тот человек, который и будет проводить лекцию, а мужчина, судя по взгляду, сразу понял, что ненависть к стажерам, крепчает с каждой секундой, которую он проводит в их обществе.
Ребята не заметили, как мужчина вошел, продолжая галдеть и смеяться, а целитель, не желая терять больше драгоценное время, поднес к шее палочку, увеличивая громкость своего голоса, чтобы заглушить, наконец стоящий в кабинете гам. Мисс Колдлоу не сразу поняла, что собирается сделать мистер Профессор, догадалась слишком поздно, а посему голова пострадала так сильно, что врагу не пожелаешь. Схватившись за нее, девушка постаралась не расплакаться от жуткой боли и не дать лектору повод для насмешек или чего-то подобного. Тем более, он наверняка, обязательно спросит, в чем причина такой реакции, а ответить правду будет неудобно. Молчание, с которым девушка будет скрывать истинную причину головной боли, окажется лучшим ответом на все вопросы, так что делать было нечего.
Спустя какое-то время, пока профессор, с нескрываемым удовольствием подшучивал почти над каждым из своих будущих студентов, очередь в перекличке пугающе приближалась к ее скромной персоне, а на вопрос о причине прибытия в Мунго, все еще не было никакого ответа. Оставалось только судорожно придумывать причину, что, кстати, очень сложная задача, если голова превратилась в огромный, спутанный комок нервных окончаний, требующий срочного вмешательства аспирина.
Итак, в тишине, Эмс услышала свою фамилию и, вздрогнув, подскочила на стуле. Сказать было все так же нечего, а яркие, карие глаза мужчины буравили лицо миниатюрной девушки, как на допросе, в кабинете директора школы, после нарушения правил. Лектор молчал, терпеливо дожидаясь, ответ на свой вопрос и тут-то мисс Колдлоу увидела, что он не ненавидит студентов, а просто понимает, что ему нечего делать, когда рядом люди, которые не знаю элементарных вещей. Для него – элементарных.
— Я… Ну… Я… — Начала лепетать Эмили, теряя дар речи от вида вспыхнувшего пламени настоящего интереса, скрытого в ее словах.
Это было похоже на игру, в которой, если Эмили скажет что-то абсурдное, как девушка, в розовом халате, то мгновенно потеряет всякий вес в этой группе целителей-любителей.
— Я хочу узнать, получится ли из меня целитель. По правде говоря, я плохо разбираюсь в этом, но хочу помогать людям. — Вполне искренне ответила девушка, после небольшой паузы, продолжив. — Я бы пошла в аврорат, но обстоятельства не дают мне начать обучение для того, чтобы стать аврором. Если у меня не получится стать колдомедиком, то я пойду в обычную, маггловскую клинику и стану нейрохирургом. Я хочу спасать людей от смерти, ведь столько людей умирает в мире от лейкоза…
Замолчав, Эмили переминалась с ноги на ногу, прижала к себе тетрадку, пальцами нащупывая ручку, а затем поняла, что где-то выронила ее. Лицо девушки скривилось в гримасе досады – потерять ручку… теперь ей оставалось писать только пальцем…

+5

4

Внешний  вид: белая блуза, черная юбка карандаш, закрывающая колени. Черные строгие туфли. Сверху лимонный халат колдометика.
С собой: ВП, история болезни нескольких хронических жильцов больницы, не желающих её покидать. Несколько колбочек с разноцветными капсулами.

Nalepa – Monday

Понедельник день тяжелый. Впрочем как и вторник, и среда. И любой рабочий день после пусть и не долгого, но отпуска. Все происходящее вокруг кажется пугающим, а прежде привычных коллег становится в три, а то и четыре раза больше и они суетливо бегают по коридору, превращая пространство в массу из желтых халатов.  Желтый, солнце, пляж. Все, хватит мыслей об отпуске, все-таки понедельник.
Раскладывая полученные на проходной истории больных по алфавиту, Николь ни сразу заметила как-то тихо подошедшего Сепсиса, колдомедика из отделения отравлений растениями и зельями. Мужчина был старше её на дюжину лет, но по секрету говоря увлекался различными омолаживающими средствами. Однажды дошло даже до того, что один из игроков по Квиддичу из России посоветовал ему молодильные яблочки. И тот всерьез загорелся поиском таковых, штудируя библиотечную литературу больницы вместо того, чтобы лечить своих больных. Несколько молодых колдомедиков из его отделения даже подшутили тогда, доставив в больницу «важную посылку для великого доктора» - деревянный ящик с бумажной наклейкой «молодильные яблочки», в котором стоял полиэтиленовый пакет с обыкновенными яблоками. Сепсис сразу забыл о работе и весь день ел яблоки, останавливаясь только чтобы сбегать в приемную посмотреть в зеркало на результаты. Когда уже почти вся больница знала о розыгрыше, количество съеденных яблок  дало о себе знать и колдомедик под овации и свист коллег отправился  изучать новую сантехнику особенной больничной комнаты, имеющейся на каждом этаже.
- Николь! Какая встреча, как прошел отпуск? С новыми силами на работу, сейчас наверное одним движением волшебной палочки вылечишь всех! – мужчина засмеялся, облокотившись на стол приемной. 
- Доброе утро, Сепсис. Отпуск замечательно, только быстро. На счет одного движения палочкой ты погорячился, но спасибо за комплимент, - повернувших к нему лицом и нацепив дежурную улыбку, Руквуд продолжила раскладывать истории.
Неожиданно прошедшая толпа говорунов-подростков, устроивших такой шум, что, наверное, даже слоны, идущие на водопой, сделали бы это тише, отвлекли от работы. Подняв голову от папок, женщина с любопытством проводила взглядом отдаляющуюся толпу.
- У нас начали проводить экскурсии для проблемных подростков во избежание появления популяции новых Темных Лордов? – Николь засмеялась, поддержав смешок  медсестры, сидящей в приемной.
- Нет, это стажеры, целая группа, которую закрепили за Адамом Блетчли – Сепсис  довольно усмехнулся, вертя  монетку в пальцах, – я уже даже поспорил с Пьюси, что он не справится.
- Правда? – Николь удивленно подняла бровь, зная, что Пьюси в очередной раз решил подшутить над коллегой – и на что спорили?
В этот самый момент мимо них вихрем пробежал Адам. Заведующий отделения  был настолько зол, что даже не заметил одну из медсестер, налетев на неё и испугав девушку.
- Здравствуйте – оклика он тоже скорее всего не услышал. – Ну ладно. Сепс, я тут просмотрела истории. И знаешь, мне почему-то кажется, что у всех пятерых отравление растительного происхождения. Наврядли мандрагора научилась  распространять листьями Круцио, передозировка тандема свежего выпуска Ежедневного Пророка и сухой кожи бумсланга. Эти двое, смешавшие в маггловском блендере Зелье Удачи и Амортенцию.
- Да, зришь в корень так сказать. – Сепсис щелкнул языком, продолжая улыбаться – я как хороший друг чтобы тебе было чем заняться в первый рабочий день решил поделиться.
- Какой ты заботливый. Хорошие друзья обычно великодушно отдают свой отпуск. В таком случае держи папки. – улыбаясь, Руквуд легонько стукнула папками в грудь мужчине - а я пойду помогу своему руководителю со стадом слонов на водопое. А то ты же проиграешь Пьюси. - последняя фраза была сказана с очень тонкой иронией.
Уже отходя, женщина со всей возможной громкостью добавила – и там, на столе еще пятая папка, там дело в яблоках. Точно твой случай. Удачи, Сепс. Была рада повидать
Как  по заказу все находящиеся в коридоре колдомедики засмеялись, раздражая Сепсиса, яростно теребящего папки.
Преодолев коридор, Николь завернула в 209 кабинет,  обратив внимание на зашедшего перед ней молодого человека с оригинальной прической и, как оказалось, не менее оригинальной фамилией.
Тихо пройдя чуть дальше, но не настолько, чтобы её увидели стажеры, женщина сложила руки в замок и с интересом посмотрела на девушку, рассказывающую, какой же гриндилоу притянул её в колдомедицину.
- Я хочу спасать людей от смерти …
Перед глазами женщины появилась картинка, как эта милая и хрупкая девушка вдруг с  яростью в глазах нападает на молодого человека с ирокезом с громкой фамилией, и криками «Я спасу от тебя людей!».
Подавив смешок, Руквуд тихо кашлянула, обратив на себя внимание.

Отредактировано Nicole Rookwood (Пн, 19 Авг 2013 21:21)

+3

5

Адам усмехнулся, выслушивая преисполненные романтизма речи девочки. Сразу стало понятно, что она никоим образом не относилась к медицине и встречалась с ней, дай Боже, в школе. Не стоит скрывать, что девушка была красива. Хороша собой, как минимум, поэтому Блетчли сразу же понял, что будет относиться к ней предвзято, но не в лучшую сторону, а в худшую, иначе просто не сможет держать ее железной хваткой, как и всю группу.
Поднявшись со своего места, Блетчли бросил взгляд в сторону мисс Арчибальд-Руквуд, которая была матерью его друга и подчиненной Адама (только подумайте, какой кошмар), которая улыбалась, видя весь этот цирк. В глубине души мистер Блетчли понимал ее чувства, поэтому его понимание отразилось весьма красочно у него на физиономии.
Обойдя свой стол, он взял стул за спинку, и направился к девушке. Она сидела с краю, поэтому никому не доставило бы неудобства, если бы Блетчли стал ее воспитывать.
Романтически настроенные колдомедики обычно плохо заканчивают, и из них безумно ужасные получаются целители. Известно это всем, поэтому едва ли кто-то осудил Адама за эту его отрицательность в отношении подобных девушек и юношей. Казалось, что разница в возрасте у него была незначительная с мисс Колдлоу, но сам факт его статуса и постановки себя в данном, конкретном социуме, делали свое дело, как дважды два.
Взяв Эмили за руку, Блетчли ощутил легкое покалывание на кончиках своих пальцев – у него не было постоянной женщины, он не держал их за руку, поэтому внезапность ощущений ввели его в ступор. К счастью для него же самого, целитель с легкостью справлялся с такими вот ситуациями.
— Зажмите одной рукой ножку стула, вытяните руку и держите. — Адам вложил стул в руку миниатюрной красавицы и с нахальной улыбкой наблюдал, как стул медленно, но уверенно опускается вниз. — Столько весит инструмент, которым пользуется нейрохирург. Ваш пациент уже мертв, мисс Колдлоу.
Упорство девушки поражало – не смотря на эти его слова и то, что Адам повернулся к ней спиной, он был почти уверен, что она не отпустит стул просто так. О том, что девушка упорна и упряма, Блетчли увидел, заглянув в ее карие глаза. В них полыхали костры решительности и жажда работать над собой. Побольше бы ему таких студентов.
Подойдя к Николь, Адам бережно придержал целителя за предплечье, разворачивая лицом к группе, чтобы надлежащим образом представить свою коллегу.
— Мисс Арчибальд, познакомьтесь – оболтусы, Оболтусы, — Колдомедик на сей раз обращался к студентам. — это мисс Арчибальд, чрезвычайно талантливый целитель. К тому же, она упорно работала, чтобы занять свое место, так что если кто-то из Вас наивно полагает, что будет валять дурака и сможет получить у меня зачет, то он ошибается.
Обернувшись к целителю, Адам скорчил кислую мину и горько вздохнул. Его явно не радовала участь няньки, для кучки безалаберных и глупых, совершенно бесталантных одноклеточных организмов. За спиной характерно цокнул лопнутый пузырь жевательной резинки. Адам сдвинул брови, борясь с желанием отлевитировать розовое пятно прочь из кабинета, желательно через окно. Она медленно пережевывала собственный мозг, изредка надувая из него пузыри. Что может быть прекраснее, чем подобный расклад? Только студент, с фамилией “Смерть”, пожалуй.
— Вы уже видели Сепсиса? Довольный щукин сын, — не сдержавшись, выругался колдомедик. — Помоему, это его рук дело.
Адам кивнул на сидящих студентов. Они начали болтать, в то время как два взрослых волшебника стояли прямо перед ними. Блетчли старался не обращать внимание на гул, нарастающий за его спиной. Если бы он еще и за дисциплиной следил, обучая детишек нормам поведения в «учебном» помещении, то наверняка слетел бы с катушек без тормозов.
— Кстати, забыл Вам сказать – у миссис Доуэр ночью случился кризис, меня вызвали внезапно, но я не успел. Сейчас она спит под заклинанием. Мистер Сепсис, — Адам закатил глаза, — наш дорогой, уверен, что несчастная выпила слишком много зелья, которое Вы ей прописали.

+5

6

Эмили с вызовом взглянула на руководителя своей практики: неизвестно, по каким параметрам он оценивал своих стажеров, и чем именно ему не по душе пришлась мисс Колдлоу. В принципе была она девушкой не глупой, разве что рассеянной и временами слишком разгоралась энтузиазмом. Но разве это плохо? Ну да, предположим, жила в мире своих несбыточных фантазий, правда от этого ни ей ни кому-либо другому плохо не становилось и это факт.
Зажав в ладони ножку стула, девушка всем своим видом показала мистеру Блетчли, что сдаваться она не намерена. Вот только не учла, что в действительности слаба, как девчонка. Вероятно, поэтому и пошла в колдомедики, а не в обычные медики – даже стул не в состоянии удержать одной рукой на одном уровне больше минуты. Так что спустя несколько секунд, рука предательски задрожала, опустила стул, и колдомедик победно улыбнулся. Пусть и в душе. Его фраза про то, что пациент уже умер, повергла Эмили в откровенный шок, и то, что творилось вокруг дальше, Эмили уже не слушала.
Какая-то девушка колдомедик присоединилась к лекции, которая обратилась для начинающего колдомедика настоящим позором. Впрочем, некоторым унижение Эмили доставляло настоящую радость, и только блондинка с непонятной, причудливой прической на голове сочувственно смотрела в сторону мисс Колдлоу.
Она просто не могла опустить руку, как и не могла выпустить из нее стул. Слишком была упряма и не хотела казаться ущербной или слабой, даже если бы молодой человек со смешной фамилией не отпускал едкие комментарии в адрес несчастной. Не могла, потому что всю свою жизнь пыталась доказать этому миру, что у нее есть что-то свое. Свое мнение, свое время, своя точка зрения и свои мысли, до которых, в общем и целом почти всем, кроме отца, не было дела. Однако природа, а точнее природная слабость Эмили, сделала свое черное дело, которое уже не за какие коврижки не исправить: силы закончились весьма быстро, и девушка просто напросто выпустила стул из руки, так как пальцы сами собой, как по волшебству, разжались.
С надеждой взглянув в спину мистера Блетчли, Эмили опустилась на ближайший свободный стул и сжалась в комок. Она не любила быть в центре внимания, не любила, когда на нее смотрит сразу столько человек, некоторые даже осуждающе, а некоторые с завистью. Некоторым казалось забавным то, что она все-таки выпустила из пальцев эту чертову ножку, будь она неладна. Желание становиться колдомедиком почти пропало.
— Вытяните руку… Держите… — Недовольно бормотала девушка, сверля спину Адама Блетчли внимательным и обвиняющим взглядом. — Сам-то ты это можешь делать?
К несчастью девушки, именно на момент произнесения второй фразы, вся группа под грозным взором Блетчли, который слишком уж вовремя обернулся, прозвучала очень громко и отчетливо. И вновь несчастная стажерка колдомедик в центре внимания. Естественно, это было эпично и надо ли говорить, что Эмили готова была под землю провалиться, пробивая собой преисподнюю? Она была готова жариться в земном ядре, без особого сожаления отдавая свою жизнь Богу, или кто там, на Небесах всем распоряжается?
Неловкость – самое, пожалуй, неприятное в жизни, кроме боли душевной. Для мисс Колдлоу это было так хорошо знакомо, что никто и предположить не мог, что возникновение подобной ситуации причиняет девушке почти физическую боль.

+3


Вы здесь » Hysteria. » Архив игровых тем » Лечить буду я, а вы — свободны.